Россия больше 4 лет не в «Большой восьмерке» и вернется туда после проигрыша в «Четвертой мировой войне»

Такое мнение выразил российский политолог Андрей Пионтковский.

Пионтковский отмечает, что на последней встрече в 2013 году президент США Барак Обама сравнил президента России Владимира Путина со второгодником, сидящим на задней скамейке. Ну, а потом этого второгодника вывели из класса.

Участие РФ в Большой Восьмерке являлось авансом еще советскому лидеру Михаилу Горбачеву, считает Пионтковский. «Он сидел там, правда, не в полном качестве, а где-то на приставном стульчике. Потом президенту России Борису Ельцину разрешили сесть и за стол. Конечно, это был аванс. Потому что определение «Большой семерки» — это самые крупные экономики и демократии в мире. Если говорить об экономике, то Россия далеко не самая крупная. Если говорить о демократии, то последние индексы свободы ставят Россию, кажется, в конец первой сотни. Путинская Россия окончательно продемонстрировала, что авансы, выданные Горбачеву и Ельцину, были слишком щедрыми и преждевременными»,- утверждает политолог.

Cо всякими людьми нужно говорить. Китайский лидер Си Цзиньпин — не больший светоч демократии, чем Путин: в КНР тысячи людей расстреливают или на органы разбирают. Но это крупная экономика, и приходится разговаривать. Для этого существует «Большая двадцатка» (G20), в которой и Путин присутствует. Вот там действительно решают какие-то экономические вопросы. G7 без Путина приобрела естественный формат и превратилась в место, где можно в своем кругу без галстуков и пиджаков поговорить о мире.

Все, что Россия могла сделать для повышения так называемых ставок, своей значимости — она уже сделала. И все это оборачивается против нее: и агрессия против Украины, и увязывание в сирийском конфликте. Они лезут в Афганистан, Ливию… Но ресурсов нет ведь никаких. Это просто ускорит крах этого режима, его поражение в Четвертой мировой войне, которую он сам придумал.

Россия пользовалась невмешательством Обамы, уходом с Ближнего Востока. Я не большой поклонник президента США Дональда Трампа, но один его удар «Томагавками» по сирийскому аэродрому, хотя ничего не изменил в военном плане, но очень много — в политическом и психологическом.

Источник: Апостроф