Насколько я понял, в дискусии по новому закону, “переформатирующему АТО”, борются две тенденции.

Порошенко аннонсировал его как закон “о реинтеграции”, Турчинов – как закон об “освобождении оккупированных территорий”.

Мне кажется, термин “реинтеграция” должен быть исключен, потому что он предполагает некую “дезинтеграцию”, то есть “распад целого на составные части”. Но ведь на самом деле ничего не “распадалось”, Крым и Донбасс были отторгнуты, деукраинизированы и оккупированы путинской Россией. И значит нам предстоит именно освобождение (українською мовою визволення) территорий, захваченных врагом.

Если так, то в новом законе должен быть назван оккупант, военная сила, против которой мы ведем военные действия.

Колаборанты должны быть названы колаборантами, военнопленные ( и с их, и с нашей стороны) военнопленными, военнообязанные, изменившие присяге, изменниками Родины.

Должны быть легализованы обстрелы Горловки и Донецка уже не как территорий, населенных гражданскими , а как военных позиций агрессора.

Руслан Коцаба должен быть не награжден союзом журналистов, а осужден как вражеский агитатор, призывавший к дезертирству.

Попытки, предпринимаемые некоторыми журналистами, – запретить называть врага “врагом”, а украинских солдат “нашими”, должны быть признаны пособничеством врагу.

“Равлыки” и прочие партизаны должны получить законные основания для диверсионной войны в тылу врага. Судебные решения в отношении наших военнослужащих и добровольцев на прифронтовой территории, обвиненных в “жестоком отношении к населению”, должны быть переквалифицированы.

Любые контакты со страной-оккупантом, помимо дипломатических каналов, должны быть предметом интереса контрразведки.

Любые поездки на заработки в страну-агрессор лобод и билыков должны быть признаны переходом на сторону врага.

Уклонение от службы в армии и помощи фронту – изменой Родине…

Любые оценки действий политиков и госслужащих с точки зрения мирного времени потеряют смысл…

Готовы ли мы к этому? А надо быть готовым…